«Священник — раб Христа»
Из беседы Папы Бенедикта XVI во время общей аудиенции на площади св. Петра, 24 июня 2009 года

[…] В мире, где общепринятое мировоззрение все меньше принимает во внимание область священного, где единственно важной категорией становится «функциональность», католическое понимание священства может быть утрачено — в том числе и в церковном сознании. Нередко как в богословских кругах, так и в конкретной пастырской практике и воспитании духовенства сопоставляются, а иногда и противопоставляются две различных концепции священства. Как я уже говорил в этой связи несколько лет назад, существует «с одной стороны социально-функ-циональное понимание, в котором суть священства определяется как 'служение': служение обществу в осуществлении некоей функции ... С другой стороны есть сакраментально-онтологическое понимание, которое, разумеется, не отрицает священства как служения, но считает, что оно укоренено в бытии служителя, и полагает, что это бытие определяется даром Господа, который Он дает через Церковь, и имя которому — Таинство» […]

При внимательном рассмотрении становится понятно, что речь не идет о двух противоположных пониманиях, и что напряжение, которое существует между ними, следует разрешать изнутри. Так, Декрет Presbyterorum ordinis Второго Ватиканского Собора утверждает: «Ибо через апостольское возвещение Евангелия созывается и собирается Народ Божий, чтобы все принадлежащие к этому народу, освящённые Святым Духом, предали себя ‘в жертву живую, святую, благоугодную Богу’ (Рим 12, 1). Но через служение Пресвитеров эта духовная жертва верных становится совершенной в единении с жертвой Христа, Единого Посредника, и руками Пресвитеров эта жертва, от имени всей Церкви, приносится в Евхаристии бескровно и таинственно, пока не придёт Сам Господь» (п. 2).

Спросим себя: «Что именно это значит для священников — возвещать Благую весть? В чем заключается так называемое первенство возвещения?». Иисус говорит о возвещении Царства Божия как об истинной цели Своего пришествия в мир, и это возвещение — не просто «речь». Оно одновременно включает в себя Его действия: знамения и чудеса, которые Он совершает, указывают на то, что Царство присутствует в этом мире, и в конечном счете оно совпадает с Самой Его личностью. Следует помнить, что даже при первенстве возвещения, слово и знак являются неразделимыми. Христианское возвещение провозглашает не «слова», но Слово, это возвещение совпадает с личностью самого Христа, который онтологически открыт к общению с Отцом и послушен Его воле. Следовательно, подлинное служение Слову требует от священника, чтобы тот стремился к подлинному самоотречению, настолько, чтобы он сказать с апостолом: «Уже не я живу, но живет во мне Христос». Пресвитер не может считать себя «господином» слова, но слугой. Он сам — не слово, но, — как провозглашал Иоанн Креститель, Рождество которого мы отмечаем сегодня, — «голос» Слова: «Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему» (Мк 1, 3).

Но быть «голосом» Слова не является для священника чисто функциональным аспектом. Напротив, это предполагает существенное «рас-творение себя» во Христе, участие в Его тайне смерти и воскресения всем своим «я»: умом, свободой, волей и приношением своего тела в живую жертву (ср. Рим 12, 1-2). Только участие в жертве Христа, в Его кенозисе, делает возвещение подлинным! Таков путь, который следует пройти со Христом, чтобы, придя к Отцу, сказать вместе с Ним: да будет «не чего Я хочу, а чего Ты» (Мк 14, 36). Таким образом, возвещение всегда предполагает самопожертвование, условие, необходимое для того, чтобы возвещение было подлинным и эффективным.

Священник, как Alter Christus, глубоко соединен со Словом Отца. Он, воплотившись, принял образ раба, сделался рабом (ср. Флп 2, 5—11).àà Священник — раб Христа, в том смысле, что его существование, онтологически подчиненное со Христом, становится по сути своей относительным: он служит людям во Христе,  через  Христа и со Христом. Именно в силу того, что священник принадлежит Христу, он может полностью посвятить себя служению людям: он — служитель их спасения, их счастья, их подлинного освобождения. Священник созревает в этом последовательном принятии воли Христа, в молитве, в «сердечном единстве» с Ним. Таково непременное условие всякого возвещения, которое подразумевает участие в тáинственной жертве Евхаристии и смиренное послушание Церкви.

Святой Арсский Пастырь часто повторял со слезами на глазах: «Как страшно быть священником!». И добавлял: «Боже мой, какое сострадание вызывает священник, для которого совершение Мессы становится чем-то привычное! Как несчастен священник, лишенный духовной жизни!». Пусть Год священника поможет всем пресвитерам полностью отождествиться с распятым и воскресшим  Иисусом, дабы, подражая св. Иоанну Крестителю, они были готовы «умалиться», чтобы Он рос; дабы, следуя примеру Арсского Пастыря, они постоянно и глубоко ощущали ответственность за свою миссию, которая есть знак и присутствие бесконечного милосердия Божия. Вверим Богородице, Матери Церкви, этот только что начавшийся Год священника и всех священников мира.

© Copyright 2009 – Libreria Editrice Vaticana
Перевод: Католическая информационная служба Agnuz (София Халходжаева), редакция: Информационная служба Архиепархии Божией Матери в Москве.